приступ музыкального свуна

На самом деле приступ продолжается со вчерашнего дня, но сегодня я по крайней мере могу облечь его в слова.

Я слушала вчера "J'ai perdu mon Eurydice", и внезапно ощутила себя cражённой окончательно. Наповал. Прямо в сердце и мозг. Растаявшей, как клубничное суфле (или мороженое) на солнце. (Суфле тает? Не знаю, мне пришло в голову именно суфле.)

Боги, теперь я понимаю, что критики имеют в виду, когда пишут про "гипнотическую чувственность" её голоса. О да. Мне не хочется употреблять здесь такие слова, как "нижний регистр" или "драматическая выразительность", потому что подобные технические термины вопиюще не вяжутся с чистым волшебством. Но эти завораживающие ноты заставят вас растаять, словно воск, растечься лужицей беспримесного восторга, лишат всяких рациональных мыслей, окутав мозг густым, тягучим и сладким, как мёд, дурманом, из которого вы с трудом выберетесь в реальный мир. Пение сирен, скажете? Забудьте о сиренах! Этот Орфей даст им прикурить в точном соответствии с мифом!

J'ai perdu mon Eurydice... Rien n'égale mon malheur. Sort cruel! Quelle rigueur! Rien n'égale mon malheur... Je succombe à ma douleur...