March 25th, 2010

shepard

100 лет Магде Оливеро! / 100 anni di Magda Olivero!

Ровно сотню лет назад, 25 марта 1910 года в городке Салуццо на севере Италии появилась на свет Магда Оливеро, выдающаяся оперная певица XX века.



Когда она впервые пришла на прослушивание, о ней сказали: "Ни голоса, ни музыкальности, ни индивидуальности - у неё нет ничего." Но, как это часто случается, педагоги ошибались. Всё это у Магды было, а ещё была большая артистичность, много трудолюбия и огромное желание петь. Ей суждено было стать лучшей в мире Адрианой Лекуврёр, великолепной Федорой в одноимённой опере Умберто Джордано, Флорией Тоской, Чио-Чио-сан, Мими, Манон, Маргаритой в "Мефистофеле", Валли... Она пела в огромном количестве опер ныне забытых композиторов эпохи веризма: Дзандонаи, Респиги, Вольфа-Феррари, Альфано. Начинала она свою карьеру как обычное лёгкое сопрано (этот период её голоса можно услышать в студийной записи "Турандот" 1938 года), и только после войны, когда она вернулась на сцену после 10-летнего перерыва по личной просьбе композитора Франческо Чилеа, её голос уплотнился и потяжелел. Чилеа писал, что она была идеальной исполнительницей роли Адрианы Лекуврёр, никто не мог с ней сравниться. Тоской она тоже была замечательной, есть фильм-опера "Тоска" с её участием. Один из моих любимых, кстати.

Collapse )

Отличную вокальную форму Магда Оливеро сохраняла очень долго: её дебют в Метрополитен Опера в роли Тоски состоялся в 1975 году, когда ей было уже 65. Отзывы об этом спектакле были восторженными, американская публика превозносила итальянскую диву.

Со сцены Магда ушла в 1981 году, после смерти своего мужа, но продолжала периодически выступать вплоть до 2008 года. И даже в прошлом году 99-летняя Магда спела перед публикой одну музыкальную фразу из "Франчески да Римини", сказав, что ей приснилось, что она должна это сделать.

Когда подумаешь, что эта бодрая старушка уже пела на сцене, когда не то что твоих родителей - бабушек и дедушек ещё в проекте не было, становится несколько не по себе, честное слово. Она уникальна. Она почти богиня. Преклоняюсь перед ней.



"Ringrazio Dio del tempo che mi ha dato e soprattutto della qualità del tempo che mi ha dato. Cento anni! Per la verità non me li sento. Certo, arrivare a questa età e poter avere una memoria perfetta, nessun problema inerente all'età che mi dia fastidio, è un grande dono di Dio. Il mio cervello funziona magnificamente, posso ricordare quando avevo tre anni e tutto il resto della mia vita. Dentro di me non sono cambiata. Il mio spirito è quello di quando avevo vent'anni."

("Благодарю Бога за то, сколько времени Он мне даровал, и больше всего - за то, какое это было время. Сто лет! Если честно, я их в себе не ощущаю. Конечно, дожить до таких лет, сохранить прекрасную память и не иметь никаких возрастных проблем, которые бы меня беспокоили, - это великий дар Господа. Мой разум работает превосходно, я помню всё, что было со мной в последние три года, и всю свою предыдущую жизнь. В глубине души я не изменилась. Мой дух по-прежнему тот же, что и в двадцать лет.")

Магда Оливеро всегда была искренне верующим человеком (на протяжении сорока двух лет, до 2008 года, она каждый год пела на мессе в день Успения Богоматери) и очень обаятельной женщиной. Скромная, трудолюбивая, сердечная, преданная своей семье и искусству... Как хорошо, когда хорошие люди остаются с нами. Дай ей Бог здоровья и бодрости духа ещё надолго!

Bravissima, Magda! Viva! Ура великой Магде!!!
shepard

Книжное

Истекаю слюной, как бешеная собака, мечтая о том дне, когда же наконец книга "Романтический мир Пуччини" попадёт в мои руки. belta, я её насовсем не отдам, I mean it. Я с ней духовно сроднилась и с ней не расстанусь. Считай её частью моего заказа. :)



Чрезвычайно занимательная книжка, рассматривающая зрелые оперы Пуччини (начиная с "Манон Леско") в рамках их собственного мифологического мира (а таковой, несомненно, имеет место быть, я с автором совершенно согласна). Автор именует этот романтический мир Циклом Розы и возводит его корни к поэзии трубадуров, Овидию и Бернарду Клервоскому. И все оперы, соответственно, подвергаются анализу с этой точки зрения: символизм Ночи как Жизни и Дня как Смерти, Песнь Зари, Вечерняя Песнь и Песнь Весны, непременная Мазохистская Ария у тенора (над этим понятием я от души хохотала), Дама Розы в лице героини-сопрано, а в противовес романтическим любовникам - фигура Альбериха, отвергнувшего любовь в обмен на золото и власть. Про героинь Пуччини особенно интересно. Согласна с автором в том, что полагать пуччиниевских женщин слабыми и хрупкими созданиями, трепетно умирающими ради любви, значит вообще ни черта не понимать в пуччиниевских либретто и драматургии (да, это камушек в огород Моско Карнера, а как же).

И язык очень ненапряжный. Я бы с большим удовольствием эту книгу перевела, текст прямо сам переводится. Хотя, конечно, книжка не без сомнительных моментов.