Arashi (arashi_opera) wrote,
Arashi
arashi_opera

Categories:

Посмотрела "Турандот" с финалом Лучано Берио



Очень познавательный вечер в плане "Турандот" выдался. Пока по "Культуре" показывали красивую, но чисто иллюстративную постановку Чжана Имоу, я решила просветиться и включила постановку Дэвида Паунтни с Зальцбургского фестиваля-2002, где для финала была использована музыка современного итальянского композитора Лучано Берио, а не традиционная концовка Альфано.

Сначала про музыку. Берио, как ваша покорная, как многие другие любители "Турандот", страшно возмущался тем, как Альфано в финале обошёлся с драматургией Пуччини и, в частности, с Лю. Журнал "Тайм" приводит слова Берио в такой форме: "Лю настолько важный персонаж, что её нельзя игнорировать. А у Альфано - только Калаф и его перманентная эрекция!" (Наш человек этот Берио, однозначно. %)) Соответственно, Берио попытался по мере своих сил придать финалу бОльшую драматургическую убедительность. Что получилось... Что ж, у Берио есть свои интересные находки, но в целом все его нововведения заключаются в переведении большинства музыки финала в минор и добавлении темы узнавания, она же тема Лю. А оставшиеся мажорные подъёмы у Берио резко ухают в пропасть чего-то Зловещего и Тревожного, чтоб, значит, мы не думали, что дальше у персонажей всё будет хорошо. Вот, в принципе, и всё. С точки зрения драматургии так действительно лучше, чем альфановская мажорная умцаца на мотив "Нессун дорма", но в целом новая музыка финала, на мой вкус, довольно невнятна, особенно после пуччиниевского музыкального пиршества во всех предыдущих сценах. С другой стороны, Берио - не Пуччини и даже не пытался ему подражать (в отличие от Альфано), так что, наверное, стоит ценить его музыку саму по себе.

Теперь что касается постановки. Это самая экстравагантная "Турандот", какую мне приходилось видеть. Поначалу кажется - полный дурдом. Первый акт - самое натуральное, по выражению сайта tvtropes.org, High Octane Nightmare Fuel. В смысле - не дай Бог такой кошмар во сне приснится, проснёшься заикой. На просторной сцене зальцбургского Гроссе Фестшпильхауса - трёхъярусная металлическая конструкция, утыканная огромными шестернями и решётками. Конструкция заполнена хористами в облике киборгов "руки-ножницы": вместо рук у них ужасающего вида орудия не то труда, не то убийства, на лице маска, рот раскрашен под оскаленную пасть. Под ритмичную музыку "Gira la cote, gira, gira" киборги делают роботоподобные движения, шестерни вращаются, нагнетается атмосфера высококачественного кошмара. Гонг, в который полагается бить претендентам на руку Турандот, украшен живописным четвертованным трупом, било сделано из палки с насаженной на неё человеческой головой. На шестернях тоже вращаются окровавленные головы. Министры Пинг, Понг и Панг имеют вид безумных учёных в длинных чёрных плащах, вместо рук у них тоже жутковатый инструментарий, а на головах разнообразные приспособления, но, в отличие от хора, министры не киборги, а живые люди. Разъясняя Калафу всю глупую опасность его притязаний, они также принимают ломаную пластику роботов, но, выражая собственное мнение, двигаются нормально. Мандарин в "Popolo di Pekino!" и император Альтоум изображаются огромными куклами, которыми управляют два кукловода. Певцы сидят в креслах, вделанных в кукол, и не шевелятся. Турандот появляется из огромной раскрывающейся женской головы высотой метров в десять и тоже не шевелится, только делает замедленные и какие-то неестественные жесты. Короче, полная картина бездушного техногенного кошмара. Живыми людьми среди всего этого выглядят только Калаф, Тимур и Лю, неизвестно как и откуда сюда попавшие. Тимур вообще в домашнем халате поверх джемпера, словно его внезапно выдернули из уюта собственной квартиры в этот техногенный ад.

Второй акт гораздо красивее, хотя по-своему не менее жуток. Министры предаются ностальгии вполне традиционно: на фоне громадной расписной ширмы (тут вообще всё неправдоподобно огромное) с яркими пышными пионами, на которых глаз с наслаждением отдыхает после предыдущего мрака. Вступление к сцене загадок лишено обычного пафосного шествия: никаких мудрецов, никаких знамён и стражников. Вместо этого непонятные создания с пёсьими головами медленно носят вдоль сцены полупрозрачные гробы.

Турандот появляется на сцене, уставленной кроваво-красными идолами и залитой красным светом, так же, как и в прошлый раз: из раскрытой исполинской головы, на верху 9-метровой вышки, полностью закрытой спадающим вниз огромным золотым шлейфом.

59.05 КБ

Принцесса буквально нависает над всем и вся, и когда после правильных ответов Калафа вся исполинская конструкция эффектно рушится вниз, немудрено и испугаться. Когда Турандот оказывается вровень с принцем, золотой шлейф спадает с неё, и она оказывается в белом нижнем платье, сплошь испещрённом кровавыми полосами, словно от ударов бича. (Жуткое впечатление, надо сказать.) Одновременно с низвержением Турандот рушатся и кровавые идолы, из-за них выходят люди и тянут руки к Калафу.

Третий акт, пожалуй, режиссёрски решён наиболее интересно и запоминается ярче всех, особенно с такой Лю, какую играет Кристина Гальярдо-Домас. Лю в простом белом платье без рукавов, с полураспущенными чёрными косами и горящими чёрными глазами похожа здесь не на кроткую скромную девушку, а на Флорию Тоску с её "O Scarpia, avanti a Dio!" или Жанну д'Арк. В её крике: "Имя, которое вы ищете, знаю только я!" звучит вызов, брошенный не от отчаяния, а с сознанием собственной силы и уверенностью в победе. Триумфом горят её глаза, когда она говорит Турандот: "Полюбишь и ты!"



В этот момент с плеч Турандот падает роскошная мантия, открывая... точно такое же простое белое платье, в которое одета Лю. И Лю, сжимая в руке взятые у Пинга острые ножницы, почти силой вкладывает их в руку Турандот и направляет удар себе в сердце, глядя на принцессу победительно и властно. Лю победила, она это знает и умирает счастливой, зная, что её смерть поможет сдвинуть что-то в этом ужасном мире, полном мрака и убийств. И Турандот отдаёт ей должное, собственными руками обмывая в финале её мёртвое тело и побуждая Калафа сделать то же самое. Под новую музыку Берио, меланхоличную и неспокойную, люди, избавившиеся от ужасных инструментов и нарядов киборгов, разделяются на пары и обнимают друг друга.

Хорошая, в общем, постановка, вполне традиционная по прочтению, однако визуально - абсолютно сногсшибательная. Пели прилично, но ничего выдающегося. Играли - Калаф просто никакой, пристрелить на месте (да ещё и внешность... кхе), Турандот ничего, Лю лучше всех. Венские филармоники под управлением Гергиева немножко погромыхивали, но в "Турандот" это допустимо.

Немножко фоток есть на сайте Зальцбургского фестиваля.
Tags: puccini, turandot, обзоры
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 22 comments